Содержание сайта =>> Российское гуманистическое общество =>> «Здравый смысл» =>> 2009, № 3 (52)
Сайт «Разум или вера?», 08.11.2009, /humanism/journal/52/yanenagorsky.htm
 

Rambler's Top100

ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ Лето 2009 № 3 (52)

ЛИТЕРАТУРНЫЕ СТРАНИЦЫ

Предстоящие
РАЗВЛЕЧЕНИЯ

Миниатюры

 

Олег Яненагорский

Предстоящие развлечения

Сегодняшний разговор был очень кратким.

– Чем же ты собираешься заниматься в ближайшее время? – спросил я.

– У меня запланировано несколько развлечений, – ответил он. Я хочу подарить людям иллюзии – искусство и науку – как средство выживания, и философию, как средство разрушения иллюзий. Мне интересно посмотреть, что же они будут делать среди разрушенных иллюзий? Умных я отравлю ядом чистого познания, и, однажды испытав экстаз, их души потом будут вечно томиться в ожидании повторения. Талантливых можно поманить радугой бесконечных интерпретаций, дерзким – дать взглянуть на перспективы в их бесконечной относительности…

– Да ты большой шутник!

– Потом можно будет навсегда закрыть пути к Истине. Люди будут, как пойманные птицы, метаться внутри одной сетки идей. Самые отчаянные, в неистовой борьбе, осуществят прорыв в другую сетку, искренне уверовав, что познают Реальность и открывают тайны Бытия.

– Да где же ты возьмёшь и умных и дерзких и талантливых?

– Можно запустить несложную программу, назвав её, к примеру, «Плодитесь и размножайтесь». Ты не против?

– Ну-ну…

– Надеюсь, что сумею порадовать тебя уже сейчас. Всё приготовлено к шутке с названием «Древо познания и его плоды». Смотри, Ева уже протянула руку…

Памятник

Пред выборами мэра и депутатов городской думы возник вопрос об установке памятника перед отделом ЗАГСа. Избиратели разделилась на два лагеря: мужчины считали, что надо установить статую «Великий любовник», а женщины требовали бюст «Лучший муж». Но почему «Лучший муж» должен быть в виде бюста, никто из женщин объяснить не мог.

Споры грозили сорвать выборы, и тогда действующие депутаты обратились за советом к юристу и поэту (а такое совпадение в одном лице ещё случается на просторах нашей великой Родины) Иннокентию Сентябрьскому. Его совет был достоин и юриста и поэта: «Поставьте памятник царю Соломону – у него было семьсот жён и триста любовниц». И  на постаменте напишите: «А тебе слабо? Соломон».

После обеда

Нельзя сказать, что обед был плохим. Но и невозможно говорить, что он был хорошим. Одним словом – обычный обед: салатик с лангустами и оливками, пара бутербродиков с икорочкой. Вот суп был великолепен, это надо честно сказать, а сёмга… а что сёмга… обычная норвежская… Вот вчера свежая форель была, вот это я вам доложу вещь… А на прошлой неделе муксун в орехах… Да, вспомнить приятно… Надо больше рыбного, это доктор правильно говорит, забота, забота нужна о здоровье.

Настоящая «Арабика» тоже хороша, два пирожных незаметно проскочили под чашечки ароматного напитка.

Так, ну что ж… посмакуем рюмочку коньячка под тихие напевы музыкального центра, да и за очерк пора садиться.

Первая фраза должна сразу захватывать внимание читателя. Попробуем вот так: «Эти дети голодали уже давно…».

Прости, дорогая!

Раньше я её не слушал и жил плохо. Но в этом только я сам виноват. Я не слушал её в самые важные жизненные моменты. Э-э-э, да что там говорить – я просто плевал на то, что она говорила мне своим тихим голосом. Ну, и, естественно, делал ошибку за ошибкой. И она замолчала…

Но с сегодняшнего дня я буду слушать её очень внимательно. Я буду ловить каждое её слово, намёк, знак. Лишь бы только она не молчала. Я сам буду говорить с ней утром и вечером, ночью и днем. Я буду говорить с ней везде, где только можно и даже там, где нельзя… Но главное – я буду её слушать!

Если то, что все мне советуют и говорят, не будет совпадать с её еловами, тогда пусть все катятся к чёртовой матери. Только её слово будет иметь для меня вес в момент принятия любого решения.

Прости меня, дорогая, за годы неверия в тебя и пренебрежения твоим словом. Прости и поверь в мои слова. Ты, только ты, будешь для меня авторитетом до последнего вздоха.

И с это момента я буду обращаться к тебе только уважительно: Моя дорогая интуиция.

Совещание

Если говорить честно, то всем всё уже надоело. И само совещание, и многочисленные попытки решения вопросов на вечную тему «Как сделать жизнь лучше». Кто-то сетовал, что «молодёжь нынче не та пошла, нет, не та, что прежде», кто-то ругал женщин за их склонность к унынию и отсутствие дерзких замыслов. Раздался было возглас: «Дак ведь пьют-то мужики почему?», но на него зашикали. В самом деле, ну, сколько можно пережёвывать одно и то же. Группа известных русофобов затянула свою «старую песнь о главном» – «Не будут никогда русские жить хорошо», но никто их не поддержал. Надоело!

Самая пожилая и много видевшая (которую и слушали только из уважения к престарелому возрасту) сказала: «Раньше мы им флагами махали. Можно сказать, что это были огромные демонстрации. Может быть и сейчас попробовать? Раньше-то ведь это давало неплохие результаты»?

Что сказать на это? Общеизвестно: старость – не радость… Все вежливо промолчали, а потом кто-то протянул задумчиво: Нет свежих идей, нет! Нужен новый подход и нестандартные пути.

Вот я так вам скажу – надо чаще бывать в мире мудрых мыслей. Когда раздался молодой порывистый голос, так все сразу вспомнили, что устами младенца глаголет Истина. А ведь прозвучало-то у молодой действительно нестандартное предложение:

«Дорогие возможности! Может быть нам больше не надо маскироваться под проблемы и неудачи? Ну, не узнают нас люди в таком обличии, пугаются, нервничают, стараются уклониться от встречи с нами. Давайте прямо скажем всем: “Мы не проблемы, мы возможности”»!

Экзамен

От этого экзамена зависело очень многое. Можно прямо сказать, что от его результатов зависела жизнь. Она это понимала, и уж конечно, это понимали те, кто задавал вопросы.

А вопросы были очень не простые. Вот Вы, например, когда-нибудь пробовали ответить на вопросы: «Зачем Вам жизнь? Для чего? Что Вы хотели сделать, а если не смогли, то почему?»?

По сравнению с ними даже вопросы о мироустройстве казались более лёгкими.

– Хорошо, допустим, ты выдержишь этот экзамен, – прозвучало слева, – но ведь это ещё ничего не означает. Сколько успешных экзаменов у тебя уже было? Много! А где результаты? С чем ты возвращалась?

Она молчала. Да и что же сказать – результатов практически не было… Огненный рубеж не преодолела… шла по кругу и теряла возможности…

– Почему ты решила, что надо возвращаться? – раздалось справа.

– Мне кажется, что я усвоила предыдущие уроки и более не допущу ошибок, – она дрожала, – я многое поняла, мне главное теперь – не забыть усвоенное, не потерять, не навредить ни себе, ни другим…

Тот, кто был в середине, молчал. Он никогда не задавал вопросов – он принимал решения. Череда её бесконечных неудач проходила перед его мысленным взором. «Может ещё действительно рано? Она снова не готова… Жаль её, но ведь это её выбор. (Выбор другого он всегда уважал.) Страдания… Да, будут страдания, будут сомнения и мучения, метания и проклятия… Тяжело смотреть как дети страдают… как бредут они по земле без цели и понимания, лишь бессмысленно преодолевая страдания. Что же, и так бывает… Поражений и боли у ней опять будет больше, чем побед и наслаждений… Хорошо, пусть попробует опять… даже если снова попадёт в ловушку… Подарю ей возможность новой попытки…»

– Хорошо, ты попробуешь снова, – раздалось слева, – иди, выбирай и помни о великих целях. Пойми законы следующей степени. Дерзай, пусть свершится то, что задумано, а мы будем тебя ждать. Мы всегда тебя ждём…

…Она устроилась поуютнее, чтобы последний период был как можно более спокойным. Дальше будут только трудности… А вот уже началось… Ну, что же в путь… Боги, не оставьте меня в беде и в радости!

…В маленьком северном городке родился ребёнок и закричал. Так душа возвещала о своём появлении на Земле…

Арендодатель

  Ангел пальцем хрустальным
Стучал по воротам…
И. Сентябрьский «Георг Тракль»

Лето на севере короткое и часто холодное, но бывают такие дни, когда всё вокруг мучается от зноя. Тяжко тогда приходится жильцам многоквартирных бетонных коробок.

После обеда, измученный жарой, я задремал, и сквозь тяжкий сон пробивались мысли о том, что пришла пора платить за аренду квартиры, и что надо просыпаться и браться за дела.

Телефонный звонок вырвал сознание из этого мутного просоночного состояния, но ответить я не успел. Кое-как поднявшись, поправив скрутившиеся шорты, я поплёлся в ванную в надежде смыть холодной водой липкий пот и сонную одурь. Воды не было. Чертыхнувшись, я направился обратно в комнату, но в это время раздался звонок в дверь.

– Да пропадите вы все пропадом, – прошептал я, но дверь открыл.

На пороге стол мужчина неопределённого возраста. На мой хмурый взгляд он отреагировал спокойно и сказал:

– Я представитель арендодателя, позвольте пройти.

Молча кивнув, я посторонился и натянул футболку, которую прихватил из ванны. Представитель уже прошёл в комнату и сел на диван. Солнце заливало комнату, в духоте дышалось как-то особенно тяжело и моё раздражение всё больше усиливалось. Хотелось как можно быстрее отдать деньги за квартиру, выпроводить незваного представителя и может быть попробовать ещё подремать.

Что же сам-то арендодатель не пришёл? – буркнул я.

– Придёт, когда сочтёт нужным. Может быть, и не очень рады будете этому приходу. Вот вам новый договор, – сказал представитель.

Сказать, что я изумился – это значит, ничего не сказать. Письменный договор! Это при том, что от моих прежних предложений заключить договор аренды хозяин так долго уклонялся, что я махнул рукой и отступился. Письменный договор! Это когда я плачу за квартиру «чёрным налом»? Да-а… что-то новенькое.

Взяв документ, я начал читать. Уже первые строки вызвали не просто изумление, а… а… я даже слов не понял. Текст воспринимался какими-то кусками, смысл ускользал, как червяк из мокрой руки, память что-то пыталась добыть из своих глубин. Я снова и снова пытался понять, что же в договоре было не так? Господи, сколько договоров я прочитал за свою жизнь… может быть тысячи…

…Представитель Арендодателя… Ангел… действующий от имени и по поручению… передаёт на новых условиях…

Ангел – это вроде бы распространённое у болгар имя. Но как сюда… на Север… болгарина занесло?…

…В качестве арендной платы ежесекундно забирает себе…

…Это что ещё за новости в гражданском праве? Что за сроки – ежесекундно? Опечатка? Бред какой-то… Что там дальше? Дети, машина, карьера, деньги, любовь, счастье… Бред, бред! Ладно, можно в аренду передать машину, квартиру, чёрт с ним, даже деньги можно передать, хотя это уже не аренда, а займ или кредит… Но как можно детей, карьеру, здоровье, счастье и любовь в аренду передавать?! Бред! Он не сумасшедший – это странный представитель?

Сидевший на диване чуть улыбнулся, как будто услышал мои мысли, и сказал:

– Я не сумасшедший. Всё, что люди имеют, и Вы, между прочим, тоже… всё сущее, даётся вам в аренду, или как иногда говорят, напрокат. То есть – временно. И если вы ненадлежаще пользуетесь полученным, то мы в любой момент можем всё данное забрать.

Взгляд мой ошалело метался от улыбающегося представителя к тексту договора и обратно.

– Кто это мы? Или кто это вы? Да кто может у человека счастье забрать? Не даётся счастье в аренду! И что это за период уплаты – ежесекундно? Что Вы там понаписали в качестве арендной платы? – Я перевернул лист и прочитал: …забирает Прошлое… позволяя наслаждаться Настоящим…

Внезапная догадка кровью ударила в лицо, застучала по вискам: Не болгарин… не болгарин… не болгарин… прочитай начало… прочитай начало… прочитай начало…

Да я уже читал начало договора – только мозг не желал понимать, то, что было прочитано. Похолодев, дрожащими руками я всё же перевернул договор… вот оно… Ангел Смерти…

Представитель молчал и только внимательно смотрел на меня. Вот оно значит, как бывает… Сердце моё остановилось…

– Вы готовы подписать договор на новых условиях? Но знайте – если Вы и впредь будете ненадлежащим образом пользоваться тем, что передано во временное пользование, договор будет расторгнут в одностороннем порядке. Соглашайтесь, но помните – всё сущее принадлежит не Вам, а нам, и мы можем всё забрать в любое мгновение. Помните…

Телефонный звонок прервал речь представителя. Сердце моё стукнуло в груди и заметалось там. Почему-то вспомнилось, как я всплывал с пятиметровой глубины, как ударило солнце в глаза, как жадно рвался воздух в лёгкие… А телефон всё звонил и звонил и звук шёл откуда-то снизу…

С трудом разлепив глаза, я нашарил телефон под диваном. Наверное, устраиваясь вздремнуть, я нечаянно толкнул ногой лежавшую на ковре трубку… Но звонивший уже отключился. А солнце по-прежнему заливало комнату…

Итак она ушла к другому…

Сказка кончилась – она отвернулась и ушла к другому. А как мне с ней было хорошо! Я радовался как мальчишка каждой её улыбке, каждому знаку её внимания. Когда она улыбнулась мне в первый раз (о, то были очень трудные времена), я просто ошалел, и громко закричал: Bay!

Друзья и недруги завидовали мне, мир вокруг расцветал сотнями новых красок. Русская пословица говорит – «Посмотрит, как рублём подарит». Что рубль?! Пыль под ногами. Её улыбка приносила мне миллионы… Мне казалось, что я делаю всё, чтобы не отпустить её, пленить и привязать к себе.

Что вы говорите? Был ли я жадным? Да нет, скорее бережливым. Знаете ли, попрошаек вокруг много, когда они только все передохнут. Одному дай на съёмки фильма о тайнах планеты Земля, другому – на исторические исследования и работу в архивах. Он, видите ли, диссертацию докторскую пишет, учёный хренов… У третьей – ребёнок болеет, четвёртому… Да что там говорить – всем нужны мои деньги. Нет уж, дудки, пусть сами зарабатывают.

…Я даже казино открыл и назвал её именем… не повезло, она ушла к другому… или к другим. Теперь она им улыбается. А они и рады – деньгами швыряются направо и налево, задабривают её. Вон дружок-то мой лучший (правда, теперь уже прежний), продал завод, организовал фонд и финансирует через него клинику для реабилитации детей с родовыми травмами. У-у, жертва кесарева сечения, грехи замаливаешь… Наворотил делов, когда состояние сколачивал, а теперь чистеньким быть желаешь!

А она ушла… улыбнулась на прощание как-то грустно и странно и ушла. А я сначала и не заметил ничего – ни последней улыбки, ни ухода. Дел было невпроворот, некогда было… Это я уже потом вспоминал её прощальную улыбку…

Как её зовут?

Да не знаю я, как её зовут! Знал бы как зовут – так звал бы её день и ночь. Некоторые вообще считают, что её звать не надо – сама придёт, когда решит. А если не решит – то, сколько не зови, всё равно не придёт.

Итак, она ушла к другому…

А может она ещё вернется? Вернись, я буду ждать тебя до последнего вздоха!

Вернись, Удача, вернись ко мне!

Организация Общества спасения на водах

Жаркое средиземноморское солнце бликами играло на небольших волнах, лёгкий ветерок стих, и в этот момент председатель призвал всех присутствующих к вниманию.

– Коллеги, друзья, единомышленники, все, кто сегодня почтил наше собрание своим присутствием, даже не получив официального приглашения. Вопрос, который мы сегодня должны обсудить, чрезвычайно важен, поэтому и решение должно быть принято в официальном порядке. Но, прежде всего, я позволю себе высказать два предварительных замечания. Все вы, наверное, уже заметили, как быстро развивается мореплавание. Десятки, если не сотни судов, ежедневно устремляются и к южным, и к северным, и к восточным, и к западным берегам. Я уже не говорю о прибрежном судоходстве – оно развивается поразительными темпами. Это первое замечание, или точнее сказать причина нашего беспокойства. Почему я говорю о беспокойстве? Потому, что с развитием судоходства увеличиваются и случаи гибели людей. Да, к великому сожалению следует признать, что слаб человек, и в море он часто совершенно беспомощен, ведёт себя не адекватно обстановке. Порой его губит только страх. Мне могут возразить, что страх губит людей и на суше. Да, и такие случаи бывают, но море человек, в отличие от суши, рассматривает как враждебную стихию. И страх оказаться одному среди волн, вдали от берега, быстрее губит человека, чем морские волны. И это является вторым замечанием, или второй причиной беспокойства.

Общество спасения на водах было задумано нами для оказания помощи всем, кто очутился в море в состоянии, опасном для жизни. Нашей задачей должно стать спасение утопающих, независимо от причин, которые угрожают людям в море. Поскольку вопрос, который я изложил вкратце, уже давно широко обсуждается в нашем сообществе (а некоторые уже спасали людей, не дожидаясь официального объявления целей Общества), я предлагаю с этого момента считать официально созданным «Общество спасения на водах». Его кратким девизом будет: «Помоги человеку тонущему». Прошу выразить ваше одобрение этому благородному делу.

Сразу же после окончания речи председателя, в ответ на его призыв молодежь и подростки высоко над водой взметнули свои блестящие тела, степенные пожилые дельфины одновременно гулко шлепнули хвостами по теплой морской воде…

…А до рождения Иисуса Христа оставалось ещё восемь тысяч лет…

Перебирая варианты

Что делать? Что делать? На этот вопрос надо прямо и самокритично сказать: «Не знаю, что делать». А ситуация, между прочим, как из серии «нарочно не придумаешь».

Ну что сказать: «Люди как люди. Даже квартирный вопрос их ещё не испортил». Что же им предложить? У них всё есть – «каждому по потребности». А про способности и говорить не стоит.

Может быть, мужчине предложить другую женщину? Но он и этой, вроде бы, доволен… С предыдущей-то, бедолага, намаялся… И ведь дал же Господь имечко мерзопакостное – Лили… Собачек так называть надо, а не женщин. Нет, хлебнувши лиха с Лилихой (однако же, так и до каламбуров в размышлениях докатиться можно!), вряд ли мужик станет менять «шило на мыло».

Карьерный рост? Ещё смешнее – кому он нужен, этот «карьерный рост» в условиях полного отсутствия иерархии и кадровых перспектив?! (Можно ещё лучше сказать: «При наличии отсутствия…»).

Плотские радости в виде чревоугодия и прелюбодеяния? (А хороши, хороши были вчера устрицы в лимонном соке.) Но нет, нет у них должного отношения к еде, увы, нет. Прелюбодеяние? Да что же это я, в самом деле – ведь последний вариант только что рассматривался. Старею, старею… нет уже дерзости в замыслах и широты подхода. А свежие идеи нужны срочно, ведь так запросто и пари проиграть можно. Вот так – ввяжешься в спор, а потом не знаешь, как извернуться. Условия-то архижёсткие, а главное – срок, срок истекает!

На чём же мне вас, голуби, подловить, да так, чтобы даже инстинкт самосохранения не успел проснуться? Может словарь полистать для оживления ассоциативного мышления? Так, что тут у нас есть: Абсурд, Абсолют… Не то, не то… И это не то… Женщина… Ну-ка, ну-ка глянем перекрёстные ссылки… Так, любопытство – тяга к новому и неизвестному, иногда – глупость…

Вот, вот тут-то, милая, ты мне и попадёшься! Надо бы растяжку между деревьями заказать, небольшую такую, колец на двадцать, с хорошим кратким текстом. Например, «Читайте словари – источник знаний». Или плакатик: «Словари ты не читала, потому в капкан попала»! Тьфу, глупость какая приходит в голову… Так, не отвлекаться, не отвлекаться… срочная реализация идеи…

– Ева, Ева, где ты? – с этим призывом Змий резво направился к Древу Познания…

Иллюзия возможных достижений

Те, кто стоял в первой шеренге, знали, что почти все они погибнут в скоротечных схватках или в затяжной позиционной борьбе. Знали, что ими, без особых раздумий, пожертвуют ради стратегических или даже тактических достижений. Некоторые варианты планируемых действий предусматривали полную гибель первой шеренги. Тех, кто сейчас застыл в ожидании броска или медленного продвижения навстречу противнику, будут безжалостно менять на выигрыш во времени или на введение противника в заблуждение, ими, не задумываясь, будут прикрывать более важные фигуры.

Но каждый из первой шеренги надеялся, что, свято выполнив свой долг, он прорвётся, победит и там – в конце пути – его ждёт заслуженная награда.

Верил в это и я. Откуда-то сверху и издалека доносились не очень ясные фразы: «Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом» и «В каждом солдатском ранце должен лежать маршальский жезл». Их пониманию мешала песня, звучавшая слева от нашей шеренги. Смысл я тоже не уловил, но почему-то четыре строки запомнил сразу:

Пускай ты выпита другим,
Но мне осталось, мне осталось…
Волос твоих стеклянный дым
И глаз осенняя усталость…

Песня отвлекала от мыслей, возникших ещё во время предыдущего сражения. Мы победили, хотя из первой шеренги уцелел только я один. Мне повезло лишь потому, что я находился на левом фланге. Теперь я был в центре шеренги – так уж выпало мне в этот раз…

После окончания того сражения и возникли все эти ненужные мысли: «Для чего всё это? Почему мы снова и снова схватываемся с себе подобными? Кто снова и снова бросает нас в бой? Что за боги придумали безжалостные правила нашего бесконечного взаимного истребления? Кто создал этих богов и бессмертны ли они? Готовы ли они гибнуть ради иллюзии возможных достижений?»

Да, я знаю, что у простого бойца не должно быть таких мыслей, но после многих сражений они сами появляются, не спрашивая на то согласия…

Мои размышления прервал взмах руки и стрелка, дрогнувшая на больших часах. Началось… Мысли исчезли, и я рванулся в бой в полном соответствии с первоначальным планом: е2 – е4… Может быть я, наконец-то, стану ферзём!

Три коротких рассказа

Я сидел в прохладном зале Дворца искусств и слушал музыку в исполнении заезжего московского оркестра. И вдруг мне, уже сорокалетнему, то ли вспомнилось, то ли показалось, что пятнадцатилетним подростком я стою на перекрестке, а от него расходится множество дорог. Ещё ничего не было решено. Но я, ещё мальчишка, уже отчётливо понимаю, что это разные жизненные дороги, и от того, какую я выберу, будет зависеть моя жизнь.

Музыка закончилась, и воспоминание или видение исчезло. Ещё через несколько лет один умный человек, которому я рассказал эту историю, объяснил, что полифония исполняемого произведения могла навеять в сознание эту картину. Может быть…

***

Мы знали, что обычно только одна из нас может выбрать себе путника, который будет с ней до конца жизни. Безусловно, что бывают случаи, когда путник меняет одну из нас на другую – более счастливую или несчастную. Но для этого нужны Талант или Предназначение… или выбор Богов. И это редкие случаи, может быть один из миллиона.

Мы смотрели на подростка, который стоял на развилке, и оценивали его. Сейчас одна из нас первой сделает выбор и он пойдёт вперед, полагая, что обдуманно или случайно выбрал свою дорогу…

***

Он смотрел на подростка, стоявшего на перекрестке разных дорог, и мнящего, что выбирает судьбу; на дороги, считающие себя судьбами и выбирающими людей; на мужчину, слушающего музыку в прохладном зале; слышал мелодии, случайно рождающие давно запланированные видения, кажущиеся воспоминанием, и усмехался…

Непонятое

Чуть поведя бинокль в сторону развалин, я увидел ребёнка, которому на вид было года три или четыре. Он сидел возле новорождённых котят, а примерно в метре от него замерла огромная крыса. Было ясно, что ребёнок мешает крысе сожрать котят. Но не ясно было, как ребёнок уцелел после артобстрела села. Все, кто не погиб, ушли, а ребёнок, чудом оставшись в живых, теперь защищал от крысы пять или шесть маленьких комочков живой плоти.

Почему крыса не довольствовалась мертвыми телами людей и животных, которых в обстрелянном селе наверняка было очень много, мне тоже было непонятно. Я вдавливал окуляры бинокля в лицо, стараясь рассмотреть всё получше, но неожиданно вверх взметнулся взрыв, а когда пыль и дым рассеялись, я уже не увидел ни ребёнка, ни котят, ни крысы.

Так и осталось непонятно, что же там взорвалось: случайный ли снаряд ударил в развалины села, рванула ли мина его защитников…

И самое главное – для чего всё это было?

Замысел

  И зёрна старого сюжета
дают обильные плоды…

Литературный семинар уже подходил к концу, когда мы заспорили о возможности сотворить такой сюжет, который продолжительное время был бы интересен людям. Одни говорили, что текст, основанный на таком сюжете, должен побуждать к многократному перепрочтению и открыванию в нём новых, ранее не видимых, смыслов. Другие считали, что результатом подобного творчества будет порождение нового и уникального жанра. Кто-то полагал, что сюжет просто обязан связать между собой прошлые и будущие события – «И что было, и что будет».

Каждый из участников предложил для обсуждения свою точку зрения, но все ждали, когда же выскажется Маэстро. Он подвёл итог дискуссии.

– Я думаю, что в сюжете должна отражаться борьба Добра и Зла, Света и Тени, Жизни и Смерти, то есть вечные вопросы Бытия. Наверное, это должно происходить на фоне столкновений разных философских и религиозных воззрений, отражая при этом вечные человеческие чувства. Что свойственно людям? Любовь и ненависть, жадность и щедрость, предательство и самопожертвование, ревность и преданность, низость и чувство собственного достоинства. На что всегда надеются люди? На помощь и чудо. Какой жизнью они живут? Самой обычной: возделывают поля и торгуют, пьют вино и молятся, грабят и судят, воюют и мирятся, жалеют о прошлом и пытаются угадать будущее, любят, плодятся и умирают.

Разрабатывая подобный сюжет надо показать новые идеи, разность интересов и сильные характеры, не являющиеся однозначными. Необходима такая фабула, чтобы каждый автор, взявшись за изложение сюжета, нашел бы что-то своё, чтобы любой человек смог добавить к его развитию новые мысли и чувства. Думаю, чтобы этот сюжет люди могли бы разрабатывать сотни лет, находя в нём всё новые повороты и ранее не проявленные потенции.

Наверное, должно быть в сюжете трагическое и чудесное, с безграничными возможностями их интерпретации. А это, в свою очередь, невозможно без определённой недосказанности. Другими словами, нужен «открытый конец».

Сейчас, в ходе изложения, у меня родился замысел такого сюжета. Думаю, что если добавить ещё и казнь невиновного, совершенную каким-нибудь необычным способом…

Внимая Маэстро, я вспоминал недавний суд, учинённый над Сократом его согражданами, чашу с цикутой, и думал, что именно об этом пойдёт речь, но с удивлением услышал продолжение.

…Например, распятием на кресте. На две-три тысячи лет люди могли бы увлечься этим сюжетом…

Время показало, что Мастер был прав.

Неприступность

Он был неприступен. Мы шли на штурм, волна за волной, но, так же как и волны, разбивавшиеся о берег, откатывались назад. Мы испробовали всё: натиск, обходные маневры, попытки проникновения внутрь с помощью хитрости, обещания, угрозы. Мы пытались склонить его к нашему признанию с помощью общепризнанных авторитетов, мы приводили исторические примеры… Мы маскировались и убеждали его в том, что человеческая сущность не может обходиться без нас, даже если человек даёт нам другие наименования или названия.

Всё было напрасно – он был неприступен и непоколебим. И лишь однажды, проявив презрительную снисходительность, спросил: «Дурные мысли, кто вас звал»?

А потом сказал, как отрезал: «Мне и без вас хорошо»…

Гороскоп

В этот день звёзды приготовили ему сплошные неприятности. Гороскоп даже намекал на летальный исход. Летальный не в смысле полёта, а в смысле исхода… из жизни. Как справедливо сказал классик – «Рождённый ползать, летать не может».

Правда, оставалась надежда, что он уцелеет, если проявит немного благоразумия и осторожности. Звёздам легко обещать положительный (то есть не летальный) исход, ведь если что-то не выйдет, то всегда можно будет заявить, что вы не проявили осторожности, благоразумия, усердия и тому подобное. Одним словом, сам, дурак, виноват – звёзды тебя предупреждали.

…Удав проснулся от того, что кто-то открыл клетку и посадил туда кролика. Такого маленького симпатичного кролика с приятной глазу чёрной шерстью. Открыв глаза, удав в упор посмотрел на него. Кролик нервно потянул носом, шевельнул ушами спросил:

– Ты мыться не пробовал?

Удав ошалел от такой наглости и широко раскрыл пасть. Кролик снова потянул носом и грустно сказал:

– А-а, дак ты ещё и зубы не чистишь…

…Через час, после серии интенсивных вопросов и ехидных насмешек, удав чувствовал себя жалким дождевым червяком, которого цыплёнок не глотает только из любопытства.

– Ты кто? Что ты делаешь? – из последних сил прошипел удав, затравленно глядя на кролика.

– Я? Я сам себе гороскоп. Что хочу, то и делаю!

Вот он, утренний гороскоп, не обманул, – мысленно протянул удав, – вот и неприятности…

Но вслух спросил совсем про другое:

– А звёзды?

– А что звёзды? – переспросил кролик, и немного подумав, добавил, – Звёзды смотрят вниз.

Первое признание

Молодой художник плакал в тот момент, когда я перешагнул порог его маленькой мастерской, расположенной под самой крышей заводского клуба. Обрывки бумаги, разбросанные кругом, флаконы с тушью, незаконченная афиша нового кинофильма, большие фотографии молодых кинозвёзд, приколотые кнопками на куске фанеры, пепельница, полная окурков и открытая банка «Кильки в томате» создавали неповторимую картину. Из окна мастерской были хорошо видны два огромных слова «СЛАВА КПСС», закреплённые на крыше главного корпуса.

– Ты чего-то это разнюнился? – грубовато спросил я, одновременно пытаясь унюхать запах портвейна.

– У меня украли акварель…

– Когда?

– Сегодня на выставке.

Тут я вспомнил, что в нашем клубе была организована выставка художников-любителей, посвященная 50-летию Великого Октября.

– Жаль, ну да ладно, не переживай, ещё нарисуешь, – я довольно неуклюже попытался утешить хозяина мастерской, но утешение получилось неискренним. На самом деле, мне не нравились его акварели, мещанство какое-то так и пёрло из них… Графика у него получалась гораздо лучше.

– Ты не понял… у меня украли акварель…

– Да понял я, понял… Ну что теперь… укравшего не найти… Ну не рвать же волосы на голосе и не посыпать её пеплом…

– Ты не понял… у меня украли акварель… значит мои работы кому-то нужны…

 

Яндекс цитирования Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru