Содержание сайта =>> Российское гуманистическое общество =>> «Здравый смысл» =>> 2006, № 3 (40)
Сайт «Разум или вера?», 22.01.2007, /humanism/journal/40/ikonnikova.htm
 

Rambler's Top100

ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ Лето 2006 № 3 (40)

РЕЦЕНЗИИ

«Человек изначальный»

Рецензия на монографию В. С. Барулина
«Основы социально-философской антропологии»

Наталья Иконникова

 

 конце 1980-х – начале 1990-х гг. В. С. Барулин, известный специалист по социальной философии, пришёл к выводу о наличии особых антропологических законов, возникающих и действующих как субстанциальные, определяющие в системе «человек–общество». Рецензируемая монография является продолжением его философско-антропологической концепции, представленной в книгах «Социально-философская антропология: Общие начала социально-философской антропологии» (М.: 1994) и «Российский человек в XX веке: Потери и обретение себя» (М., 2000). Как отмечает сам автор, в своём исследовании он стремился придать социальной антропологии «упорядоченную форму» (с. 6). Эту задачу В. С. Барулин решает через выделение специфического проблемного поля философской антропологии. Исходный пункт рассмотрения – взаимообусловленность «человека изначального» и общества в системе «человек–социум». Для автора важно осмысление человека в «социомирах повседневности общества-страны», «укоренённости в них человека», его самореализации. Такой подход к исследованию системы «человек–общество» позволяет подойти к человеку не только как биопсихосоциальному существу, но как уникальному существу, т. е. определить «некоторые экзистенциальные проблемы человеческого бытия» (с. 177 – 195).

Раздел II «Человек изначальный» состоит из трёх глав, в двух главах которого: главе 1 «Духовность человека как сфера его сущности» и главе 2 «Основополагания человеческого бытия» – всесторонне анализируется, с одной стороны, духовность человека (понимаемая не религиозно, а светски), с другой – значение и смысл основополаганий человеческого бытия.

Сегодня, когда в России катастрофически снижается интеллектуальный и моральный уровень общественного сознания, обращение к сущности и содержанию этого феномена представляет огромный практический интерес. В. С. Барулин показывает, что человеческая духовность имеет много граней: духовность как экзистенциальный пласт человека, духовность как индивидуально-уникальный пласт человека, духовность как ассимиляционно-аккумулятивный пласт человека, духовность как квинтэссенция человеческого бытия, духовность как релятивный пласт человека (с. 112 – 136). В книге доказывается, что человека нельзя понять, если рассматривать его в «каком-то одном плане» (как это до сих пор широко распространено в мировой философской мысли). Уже обращение только к человеческой духовности, её многогранности во многом позволяет понять человека как творца социума.

Следующий уровень основания внутреннего мира человека составляют три блока основополаганий: (1) самосозидание и социосозидание; (2) творчество и свобода как созидание ценностей; (3) абсолют и нравственность как основополагания высшей устремлённости. Все эти основания человеческого бытия «смыслонаполнены» (с. 140), поэтому человек характеризуется как «смыслосубъект» и как «смыслообъект», что позволяет характеризовать человеческую жизнедеятельность не просто как игру его физических и духовных сил, а как непрерывное смыслообразование, творение собственной и социальной жизни. Творя новые и собственные смыслы, человеческая жизнедеятельность в любом случае встраивается в наличное бытие, опираясь на уже имеющиеся смыслы.

Автор не рассматривает отдельно и независимо друг от друга антропологические и аксиологические измерения человека. Для него нет человеческой жизнедеятельности вне ценностей и ценностного отношения человека к миру. Человек – сам ценность и как их творец, и как творец самого себя. «Созидательное самоутверждение человека – это не просто проживание жизни со всеми её коллизиями – это более глубинное, более фундаментальное утверждение человека в смысле ценности его собственного бытия» (с. 142 – 143). Авторская концепция взаимодействия человека и социума органично вбирает в себя проблему взаимодействия человека с другими людьми и своим Я. По убеждению В. С. Барулина, в центре человеческого отношения к миру лежит именно человеческое Я, смысло-ценностно созидаемое и утверждаемое человеком. Таким образом, философская антропология, в отличие от антропологии как отрасли в первую очередь естественнонаучного знания, исследует не просто возникновение и становление человека, а самосозидание Я и его социосозидание. В работе показано, что человеческая жизнедеятельность – не только общеисторический мировой процесс, но и «мир социальной конкретики, включающий в себя бесконечное богатство и разнообразие конкретных жизненных ситуаций. Человек, живя в этом мире, каждым атомом своей жизнедеятельности создаёт его…» (с. 144).

Своей оригинальностью привлекает внимание глава 3 (раздел II) «Некоторые экзистенциальные проблемы человеческого бытия», в которой обстоятельно исследуются такие фундаментальные человеческие действительности, как жизнь, смерть, любовь, здоровье, ненависть, наслаждение, страдание.

Конечно, можно было бы обратиться к анализу и таких экзистенциалов бытия человека, как вера, надежда, нетерпимость к несправедливости, ответственность, забота, которые представляются не менее значимыми в жизни человека. Однако автор, судя по всему, полагает их вторичными или производными от перечисленных.

В разделе III «Человек и социум» исследуется общество сквозь призму философско-антропологических проблем. В. С. Барулин различает социально-философский и философско-антропологический подходы к анализу системы «человек–социум». Если первый понимает социум как «некий универсум, нечто целое, вбирающее в себя все компоненты социальной реальности», то второй позволяет рассматривать социум как «опредмеченную жизнедеятельность человека», «опредмеченное сознание человека», «овеществленный материальный мир его духовности», «воплощение человеческих отношений» (с. 195 – 219).

Для реконструкции динамики человека в мире социума в работе осуществлен анализ социума как «самобытийного», «в себе бытие социума», «социума как акта "спасения" культуры». Общество истолковывается как «ретрансформация» социума или «круговорот человека: от себя к социуму, от социума – к себе» (с. 219 – 241). Автор выявляет противоречия объективации и субъективации, слитности и дистанционности, расщеплённости и тотальности человека в социуме; поставлености человека в социуме и как частицы социума и как равного, соразмерного с ним субъекта, противоречие социопрограммируемости и самопрограммируемости человека и др. (с. 252 – 268). Такая картина несколько напоминает концепцию творчества и объективации Н. А. Бердяева.

Раздел IV «Человек в социомирах повседневности общества-страны» и раздел V «Человек и общество в антропологических самоопределениях» предстают в качестве углубленной разработки предшествующих трёх разделов. Экзистенциально-индивидуальный и культурно-легитимный образ человека органично связывается с «духовным очеловечиванием общества». При этом автор указывает на борьбу социальных и собственно человеческих энергий и вместе с тем выражает уверенность в победе человека в очеловечивании и одухотворении им общества.

Особенно ценной частью работы представляются «Материалы к социально-философско-антропологическому манифесту» (глава 3, раздел V). В. С. Барулин подводит здесь итоги проведённого им исследования в виде всеобщих правовых принципов отношения человека и общества, включающих право человека на общество. Оно состоит из суверенности права человека на общество; равенства права человека на общество; права на сохранение данного общества; права на отказ от данного общества; права на выбор общества; право на созидание общества в соответствии со своими идеалами, ценностями, устремлениями; право на свободное, творческое, смысло-ценностное самоутверждение человека в обществе. Эти права, в свою очередь, основаны на признании человека как субъекта творчества, свободы, носителя культуры, высшей ценности (с. 434 – 448).

В качестве резюме отметим, что труд В. С. Барулина имеет огромное значение для разработки философско-антропологического, социально-философского знания, для разработки метафизики гуманизма, поскольку автор определённо держится принципов светского гуманизма. В книге формулируются фундаментальные вопросы о человеке и даются глубоко продуманные и оригинальные ответы. Автор создаёт новые проблемные поля, а логика и психология его концепции держит читателя в интеллектуальном и эмоциональном напряжении. Рецензируемая книга, несомненно, демонстрирует качественно более высокий уровень отечественной философской и гуманистической мысли. Она способна стать важным ориентиром для дальнейших исследований социальной и антропологической тематики.

 

Яндекс цитирования Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru